Панчок рождеству: Новогодний экшен 3 - Christmas 3 Photoshop Action | Складчина | Клуб Складчик

5 СОРТОВ ПЕРЦА СРАВНЕНИЕ 🏡 ВЫБИРАЕМ ЛУЧШИЕ СОРТА!!! 🏡 5 PEPPER'S COMPETITION

Рождественские встречи без Аллы Пугачевой была группа AMOROKA, исполняющая классный белорусскоязычный панчок. Начали. Phal Yellow Box. Jessica Crutchfield · My orchid collection · Vanda Panchok Blue Зеленый, Синий, Орхидеи, Растения · ЗеленыйСинийОрхидеиРастения.

Выплясывающий диско Сергей Шнуров, Саша Васильев с чайником и Татьяна Друбич в Ялте

Красные ленты и банты стали символом рождественских праздников. Их прикрепляют к .. Панчку Т.А. Вышивка шелковыми лентами. Внимание!!!! Читающий этого касиды должно быть мусульманин(ка), и имеющий знать законы шариъата!!! ЭТО не для людей только читать для.

Рождественский пунш

Современное применение старинной техники…11 Заключение…………………………………………………13 Приложение…………………………………………………15 Введение Шелковые ленты и тесьма, применяемые для отделки, прочно вошли в нашу жизнь. О них обычно вспоминают перед праздниками и торжественными событиями, когда возникает необходимость украсить и развеселить окружающий нас мир.

Красивая лента придает хорошо упакованному подарку изысканность, подчеркивая торжественность момента. Перевязанный ленточкой букет выглядит не только привлекательней, но и богаче. Наверное, большинство из нас замирают от восхищения, рассматривая свадебные наряды невест, богато украшенные кружевами, лентами и рюшами.

На Западе принято готовиться к торжествам. Украшать праздничный стол всевозможными бантами в тон скатерти. С их помощью стараются создать в доме праздничную атмосферу. Красные ленты и банты стали символом рождественских праздников.

Их прикрепляют к входным дверям домов и украшают елки в преддверии Рождества и встречи Нового года. У нас же сложился обычай украшать автомобили свадебного кортежа лентами цветов государственного флага и перевязывать конверты с новорожденными голубыми или розовыми лентами, в зависимости от пола ребенка.

В результате проведенного исследования была сформулирована цель работы — рассмотреть и выявить исторические особенности создания изделий в старинной технике - вышивка шелковыми лентами.

Данная тема является актуальной, потому что на сегодняшний день изделия выполненные в этой технике пользуются большим спросом. Выбор темы был продиктован интересом к этому виду рукоделия, которое снова входит в моду и работы выполненные с помощью ленты выглядят потрясающе красиво и объемно.

Причем вышивка не требует большего количества времени и развивает фантазию, вкус и чувства цвета. На основании цели были поставлены задачи: Провести исторический анализ данного вида рукоделия; Изучить материалы и инструменты; Изучить технику выполнения основных швов вышивки ; Рассмотреть современные изделия выполненные в технике вышивка шелковыми лентами; Определить перспективу данного вида рукоделия.

Для решения поставленных задач использовались следующие методы исследования: теоретические анализ специальной литературы ; практические анализ результатов учебной деятельности студентов техникума ; диагностические беседы и др.

Все методы использовались комплексно, что позволило более глубоко изучить рассматриваемую проблему. Основу нашего исследования составили: специальная литература по данному рукоделию, изучение материала в Интернете, статьи из журналов. Глава 1.

Исторический очерк 1. Когда мы говорим о лентах, то прежде всего подразумеваем шелковые ленты. Искусство производить шелк родилось в Китае. Существует множество легенд о том, с чего началось разведение гусениц шелкопряда и как появилась шелковая ткань.

По этой легенде, во время одной из прогулок к ногам Си-Лип-Чи упали несколько плодов тутового дерева с коконами шелкопряда, из которых выпорхнули бабочки. Императрица обнаружила, что гусеницы шелкопряда выпускают очень тонкую нить и из нее плетут свой кокон.

Си-Лин-Чи пришла в голову мысль, что нить, которой гусеница обматывает себя, можно размотать и соткать из нее полотно. Что она и сделала. Ткань получилась достойная императора — тонкая, легкая, красивая.

Вот так и появился шелк, вернее, зародилось искусство его производства. В течение многих веков китайцы хранили секрет получения шелка, и тайна его изготовления очень долго оставалась неразгаданной. Корейцы, например, познакомились с шелководством только во II веке и.

Однако, несмотря на распространение шелководства по миру, Китай еще долгое время владел монополией па торговлю шелком, а многочисленные китайские караваны снабжали повелителей многих стран, преодолевая Малую и Среднюю Азию.

Долгое время европейцы не имели абсолютно никакого понятия о производстве шелка. Многие ученые пытались открыть тайну изготовления шелка: некоторые смогли приблизиться к ее разгадке Недостатка в версиях не было, но представления о производстве шелка большей частью были ошибочными — на радость китайцам.

Ведь прежде всего в их карманы стекалась прибыль от продажи этих экзотических тканей. Однако в I веке натуральные шелка, доставляемые по Великому шелковому пути из Китая в Азию и Европу, стали вытесняться тканями из бомбоцины — нитей, полученных от дикого шелковичного червя.

Такие ткани в больших количествах изготовляли в Ассирии и на греческом острове Кос. Цена шелковой ткани в то время была равна весу золота, поэтому шелк по-прежнему был доступен только очень богатым вельможам.

Более того, по цвету и качеству лент, которыми расшивалась одежда, можно было определить принадлежность человека к тому или иному родовому клану и даже его социальный статус.

Средневековье принесло в историю лент еще одну интересную главу: шнурами и узкими полосками бархата и гобеленового шитья украшали не только наряды, по и подвязывали ставшие модными в то время тяжелые портьеры, а также балдахины над кроватям.

Однако все это — лишь предыстория. Настоящая слава декоративных лент началась во Франции в XIV веке, когда в Европе стали производить драгоценную шелковую нить. И так случилось, что именно тогда началась мода на роскошные камзолы и плащи, богато отделанные парчовыми и золотыми лентами, так что спрос на этот галантерейный товар неуклонно рос.

Вместе с ним рос и спрос на вычурные позументы и галуны. Уже при дворе Людовика XIV лентами, расшитыми жемчугом и драгоценностями, украшали абсолютно все предметы туалета — от обуви до панталон.

А с эпохи рококо вышивка лентами стала оформляться в отдельный вид весьма элегантного рукоделия, привлекательного в первую очередь тем, что рисунок такой вышивки получается объемным и очень реалистичным.

Поначалу крошечными шелковыми бутончиками и листиками украшали лифы дамских платьев, вплетая в петельки лент граненый хрусталь, жемчуг и сверкающие драгоценности.

Стоит ли говорить, что из Франции, общепризнанной законодательницы мод, вышивка лентами мгновенно распространилась по всему миру? Более того, именно вышивку лентами, а не более простой способ — пришивание лент на ткань использовали, например, в конце позапрошлого века, чтобы украшать не столько платья, сюртуки и, конечно же, праздничную одежду, сколько тканевые абажуры, роскошные шляпы, шелковые одеяла и покрывала.

В наше время, когда рукоделие во всем мире переживает второе рождение, вышивка лентами тоже не осталась в стороне. Причем технология не изменилась: нынешние мастера пользуются точно такими же приемами, тканями, иглами и лентами, как и первооткрыватели этого увлекательнейшего занятия.

Конечно, ленты превратились в неотъемлемую часть нашего быта, они стали дешевы, их теперь производят не только из шелка, но и из атласа, муара, хлопка и всевозможных искусственных тканей. В настоящее время модно декорирование, создаваемое своими руками.

Ручная вышивка, выполненная по различным технологиям и с использованием современных отделочных материалов, придает неповторимость одежде, подчеркивает индивидуальность.

В этой книге представлены основные приемы и материалы, которые позволят вам освоить искусство вышивки лентами. Повязки, украшенные золотом и драгоценными камнями, вплетали в волосы в Древнем Риме.

Кроме того. Цветными лентами отделывалась одежда, причем каждому социальному классу соответствовал свой цвет и материал. В Средние века в Италии лентами уже декорировали спинки стульев и балдахины, а также подвязывали тяжелые занавески, которые закрывали окна для защиты от холода в зимнее время.

Но только в XIV века начало расширятся бытовое применение шелковых лент. Традиции ткачества в Лионе и благоприятные климатические условия юга Европы способствовали быстрому развитию производства ценной шелковой нити. В районе Зина заняла одно из первых мест и в числе победителей ее послали в Саранск на республиканский фестиваль.

С ней поехал и Захар Черников: он мастерски плясал. Спустя два месяца после возвращения из Саранска Зина вышла за него замуж. Вот так прямо на глазах лучшая птичница сэняжского колхоза Зина Семайкина стала билетершей районного кинотеатра.

Сначала исчезла с доски Почета ее фотография, потом мало-помалу перестали в колхозе и вспоминать о ней самой. Конечно, кроме нее, Тани, и сейчас она по-настоящему обрадовалась: наконец-то ее подружка приехала погостить в Сэняж. Мезесь чаво! Сел в вагон и уехал.

Разве раньше я так жила, как сейчас? Ничего, кроме кур, не видела. А сейчас — среди людей. Всяких навидалась! Любой фасон, любую прическу — все знаю. Сядут на самых задних рядах, как только свет погаснет, так и начинается — и обнимаются, и целуются.

Нет, Танюш, не жалуюсь. Каждую новую картину смотрю — бесплатно. За всю жизнь столько не пересмотрела. Может, на артистку учиться стану. Захар говорит, меня бы приняли.

Если примут. А в Атямаре ты выступаешь? Потом Захар сказал — не надо. Дескать, негоже вдвоем в одном коллективе. Да и некогда: работа ведь моя вечерняя. A-а, все еще успеется! Таня чувствовала — что-то Зина недоговаривает, отделывается шутками, и перестала расспрашивать ее про житье-бытье.

Лесных пташек рычаньем этим пугать? Самая современная музыка. Уж кому ни кому, а тебе, секретарю комсомольской организации, надо бы знать.

Ты же — молодой представитель двадцатого века! И побежала за мужем. А что будет дальше — об этом и заботы нет? Чао, модерн — не ее это все, не ее! Или оттого, что полюбила, голова кругом пошла?.. Ой, как все сложно в жизни! Учились, все были вроде одинаковыми мальчишками-девчонками.

А сейчас все такие разные, у каждого — свое. Тиша Сурайкин — комбайнер, Коля Петляйкин — шофер, Федя — в армию уехал, многие подались в Саранск — кто работает на заводе, кто учится.

Не по самой ли легкой дорожке пошла Зина? Разве об этом она мечтала, когда училась?.. Молоденькая, с черными, коротко подстриженными волосами, большеглазая, в короткой юбочке, она робко вошла вслед за шофером, несшим ее чемодан, в учительскую.

Мать Тани работала в школе уборщицей, в тот день накануне учебного года Таня помогала ей мыть полы, прибираться. Директор, Потап Сидорович Сурайкин, которого все в школе побаивались, сидел за столом.

Лысый, угрюмый, он повернул в сторону вошедшей голову, старый стул под ним заскрипел. По расставленным вдоль стен стульям небрежно разбросаны географические карты, старые журналы, тетради, в одном углу в кучу свалены осколок мамонтового зуба, пожелтевшие кости, чучела ежа, ворона, синичек.

Видишь, у меня человек? Завтра явитесь утром. А где жить будете — скажет вон наша уборщица. Я ей дал указание… О приезде новой учительницы Таня в тот же день рассказала Зине и другим подружкам.

Не забыла поведать им и о том, как ее встретил и как разговаривал с ней их Потап… Поволновалась, вероятно, в ожидании первого звонка, первого урока Вера Петровна, но не меньше, за нее переживая, поволновалась и Таня: очень уж пришлась ей по сердцу новая учительница, так хотелось, чтобы все у нее было хорошо.

Переживала Таня напрасно. Первый урок прошел в седьмом классе так, как до этого никогда не проходил. Внешне застенчивая, несмелая, Вера Петровна, начав рассказывать о родном мордовском языке и литературе, будто преобразилась, стала неузнаваемой — семиклассники приняли ее сразу, безоговорочно.

А вскоре все они заметили, что Вера Петровна быстро подружилась и с остальными преподавателями. Но однажды с ней произошел смешной случай, из-за которого урок едва не сорвался. Осенним солнечным утром, только что войдя в учительскую, Вера Петровна достала из сумки новые модные туфли.

В этих туфельках, купленных на последнюю стипендию, она и пощеголяла только один раз, на выпускном вечере. В селе по улице ходить в них побоялась — каблуки тоненькие, в земле завязнут, чего доброго. А тут, в школе, получилось то, чего она никак не ожидала.

Она шла в класс по коридору, и вдруг каблук правой туфли попал в щель между досками пола — Вера Петровна едва не упала. Она подергала ногой — ничего не получилось. Чуть повернув ногу, дернула посильнее — послышался какой-то щелчок.

Пришлось рукой вытаскивать туфлю. Тонкий каблучок, словно сломанная палочка, висел на обрывке сухой кожи. Ко всему этому, когда она наклонилась, из-под локтя выскользнули и рассыпались по полу тетради и классный журнал.

Настроение у Веры Петровны мгновенно испортилось: и туфли было жаль, и неприятно, что все это произошло на глазах бегущих по коридору учеников — звенел звонок.

Не спешил один, кажется, Федя Килейкин. Он стоял у стены, наблюдая, как учительница собирает тетради, и смеялся. Не видишь, что делать надо? Пришлось возвращаться в учительскую переобуваться. Хмурясь, Вера Петровна села на свое место, раскрыла журнал — Килейкин не унимался.

В это самое время в класс вошел директор школы Потап Сидорович — вероятно, он слышал шум и слова педагога. Все вскочили. Вера Петровна удивилась: почему, словно по команде, ученики поднялись, она же просила встать одного Федю Килейкина?

Оглянувшись, увидела Потапа Сидоровича. Тот махнул рукой, и дети опять сели, против обыкновения, почти бесшумно. Федя вскочил с места, опустив голову. Причем снова вместе с Потапом Сидоровичем Сурайкиным, который избран председателем колхоза.

Не хотелось Радичевой оставлять школу, но такова была воля сельских коммунистов, …Все это вспомнилось Тане, когда она подходила к селу. Почему вспомнилось? Может быть, потому, что и сейчас считает Веру Петровну своей наставницей. Таня постояла в коридоре, поднялась на второй этаж: может, Радичева у Сурайкина?

Очень уж хотелось прямо сейчас, сию минуту, встретиться и поговорить с ней. Однако кабинет председателя был закрыт. Жалко, но ничего: после долгой дороги пора и отдохнуть, дома заждались, наверно… Потап Сидорович Сурайкин попался ей при выходе из правления.

Он шел навстречу, опустив голову, будто отыскивал что-то на земле. Таня подосадовала. Об этом в Сэняже каждый знает. Вот ведь человек! Вроде бы и плохого он ей никогда ничего не делал да и других до слез не доводил, но всякий раз, когда вот так встречаешься с ним, руки-ноги почему-то опускаются.

В те времена в колхозе слаба была трудовая дисциплина, планы поставок не выполнялись, строили мало и долго. Такая крепкая рука, по мнению колхозников, была у директора школы Потапа Сидоровича Сурайкина.

Человек он местный, и он всех знает, и его все знают, поэтому и был довольно дружно избран председателем колхоза. Избрали не столько по рекомендациям района, сколько по настоянию самих колхозников, которым осточертели и лодыри, и гоняющиеся за длинным рублем на стороне шабашники: этот прижмет!

Крутой нрав Сурайкина на селе знали, на него и надеялись: у Сидорыча отлынивать не будешь. Знал или нет об этом Сурайкии — было неведомо, быть может, и знал, во всяком случае, нравом своим прозвище оправдывал. Подкрутил он гайки так, что даже и те, кто горячо ратовал за него, не рады были.

Поначалу одобряли, но год от году, по мере улучшения дел в колхозе, Потап Сидорович все больше становился невыносимым — ни слова поперек ему не скажи, ни совета, ни предложения не примет, одного его слушай и делай то, что скажет он сам!

Сэняжцы народ справедливый, они видели, понимали, что Сурайкин многое сделал — укрепилась трудовая дисциплина, приумножилось богатство колхоза. В районных сводках с самой нижней ступеньки хозяйство выбралось в верхние ряды.

Потап Сидорович на всех районных конференциях, собраниях и активах неизменно избирался в президиумы. За годы его председательства в домах колхозников стали появляться телевизоры, стиральные машины, дорогая мебель, в колхозе заработал водопровод, в домах горели газовые плиты.

Этим благам больше мужчин радовались женщины: за водой к колодцу в слякоть да по морозу не топать, стряпать — одно удовольствие.

Да ведь известно: человеку кроме достатка нужно еще уважение, сэняжцы — народ на внимание отзывчивый, чуткий; пошути с иным по-дружески, попей с ним за одним столом чай — он тебе горы свернет! Только всего этого теперь от Потапа Сидоровича уже не дождешься.

Самое же несправедливое в том, будто бы все хорошее и доброе в колхозе Сурайкин сотворил один, без людей — вот что обидней всего. Он оставался таким же сухим, черствым, хуже того, держался все недоступней. Видно, так уверовал в свои способности, в свою незаменимость, что кроме себя никого не замечал.

Как вон бородавка на чистом здоровом лице: и сковырнуть не сковырнешь, и смыть не смоешь, да и во время бритья осторожненько обходишь — не срезать ненароком бы… Нет, не удалось Тане Ландышевой разминуться с председателем.

Потап Сидорович только махнул ей рукой, дескать, возвращайся обратно. Ничего хорошего не ожидая, Таня пошла следом, тщетно думая, что председатель заговорит. И тут не сразу ответил председатель — тянул, медлил.

Таня все больше чувствовала себя виноватой, хотя никакой вины за ней не было. Унизительно это — стоять, ждать, наматывая вокруг руки белый кружевной платок. Хоть по-человечески можете растолковать, что случилось?

В обезьяну превратился? Для вас ничего не стоит оскорбить пожилого человека! Где, спрашиваю, ножи от твоего комбайна, те самые, которые во время уборки режут хлеб? Вы меня даже напугали. О каких ножах, думаю, спрашиваете?

Так бы и сказали. На складе, конечно. Осенью еще отнесла их, Кузьме Кузьмичу сдала. Председатель не испытал, кажется, ни малейшей неловкости оттого, что понапрасну напустился на девушку.

Завтра же поставь ножи на комбайн. Не сделаешь, пеняй на себя! Все комбайнеры у своих комбайнов стояли, только тебя не было. Тут проверка, комиссия, а ее со своим алюхой [8] черти по вокзалам носят.

Тебе что? Тебе ветер сзади. А я — красней за тебя! Я… Дальше Таня слушать не стала, лицо ее побледнело. Об этом вы сами знаете. И проводили его не куда-нибудь, а служить.

Таня резко повернулась, рывком распахнула дверь кабинета. Все три окна были освещены, свет их дроблено пробивался сквозь густую темную листву вишен с редкими белыми горошинками последнего цвета.

Зато земля под деревцами была припорошена опавшим цветом, словно снежком, от него исходил тонкий слабый запах. И во всем этом — в слабом, чуть сладковатом запахе привядшего листа, мягком свечении родных окон, вечерней тишине — было столько покоя, благости, умиротворения, что раздражение, обида Тани исчезли.

Как всегда перед вечером крыльцо было вымыто, Таня вытерла запыленные туфли о влажную тряпицу, постеленную у нижней ступеньки, и вошла в избу.

Мать Тани, невысокого роста, сухонькая, по виду уже старая, возилась на кухне. Здесь же на краю скамьи сидела мать Феди Килейкина — Дарья Семеновна, всегда краснолицая, моложавая, начинающая толстеть.

Увидев Таню, обе женщины обрадовались. Да почему ты не села с нами в машину? Мы с Федорычем ждали-ждали, а ты куда-то запропастилась!.. Так и приехали вдвоем в пустой машине. Все беспокоились — не случилось бы что с тобой.

Нельзя эдак-то! Поди, пешком пришла? Теперь и пешком хорошо. А у меня вот все сердце истерзалось! Погодь, говорю Федорычу, пойду наведаюсь, узнаю. Ну, теперь бог с тобой, ты дома. Пойду успокою Федорыча: тревожится, виновным себя считает. Поговорив еще немного для приличия, Дарья Семеновна ушла.

Таня посмотрела ей вслед, вздохнула. Мать, вытирая о передник руки, хотела что-то сказать и тут же бросилась к газовой плите, где закипало молоко. Что-нибудь найдется? Куриный суп сейчас согрею, газ, слава богу, горит. Картошки нажарю. Я лучше — молока, с нашим хлебушком.

Ты ведь пекла нынче — чую. Рошксе [9] на лавке под полотенцем. Не желаешь сама печь али когда невмоготу — иди в магазин и бери. Пекарня-то своя.

Только магазинный хлеб — неблизкая родня своему. Подовому да ржаному. Свой-то, куда там — вкуснее! От одного его духа насытишься! Таня отрезала от румяного высокого хлеба большую горбушку, налила из крынки полную кружку парного, вечерней дойки молока, пошла в горницу.

Матери, конечно, поговорить хочется, расспросить, как проводила Федю, а Тане хотелось побыть одной. Ничего, мать поймет, мать всегда все понимает… В горнице было прохладнее, чем на улице, и как-то приветно, Таня любила эту комнату больше других, хотя в обстановке ее и не было ничего особенного.

Посреди — круглый стол, накрытый льняным желтым столешником, тюлевые занавески на окнах, диван, застеленный ковром, невысокий комод с телевизором, в простенке — трюмо, с расставленными и разложенными предметами девичьего туалета: пудреница, духи, зеленая расческа, серьги.

На другой стенке, как водится, всевозможные фотокарточки, над ними всеми — большая фотография отца. Он в военной форме, с автоматом на груди. На плечах хорошо заметны погоны сержанта. Эта фотография — все, что от него осталось: десять лет назад он умер от фронтовых ран… Приятно, скинув туфли, пройти босыми ногами по крашеным половицам, по легким разноцветным дорожкам — их выткала мать из всякого ненужного тряпья.

Поужинав, Таня переоделась, накинула легкий халатик. Прошлась по комнате, остановилась около трюмо и распушила бело-желтые волосы. Села за стол, раскрыла книгу, хотела немного позаниматься: второй год заочно училась в университете на факультете механизации сельского хозяйства.

Полистала страницы — ничего из прочитанного не задерживалось. И Федя не выходил из головы, и нелепый разговор с Потапом Сидоровичем. Чтобы как-то отвлечься, включила телевизор, присела на диван. На экране возникли купающиеся в море.

Вот двое отделились от остальных, поплыли навстречу волнам, словно белые лебеди — крыло к крылу. Невеселые ее раздумья прервала старшая сестра Поля.

Она рано овдовела — муж погиб вскоре после свадьбы, спасая утопающего; оставшись молодой бездетной вдовой, она теперь всю свою душу отдает ребятишкам детского садика, где работает воспитательницей.

Ребяток своих учить буду цветы делать. Все забава. Разве что случилось? Просто так. Он стал издеваться надо мной, оскорбил меня. Ножи, говорит, я потеряла. Ножи от моего комбайна. Дескать, куда я их подевала. А я их еще прошлой осенью сдала на склад.

С ним и поцапались из-за этих ножей. В этот раз Тане отвечать не пришлось: к ним ветром влетела Зина. Завтра чуть свет уезжаем в свое гнездышко. Давеча звонили по телефону из Атямара.

Отзывают моего золотоголового. Сказали, нужно к уборке урожая готовить новую программу концерта. Знаешь, без него эту программу и готовить некому.

Он по этой части настоящий артист! Поля косо посмотрела на Зину, собрала в охапку разноцветные бумажки, вышла — недолюбливала она чересчур бойкую Зину. Ничего, Танюш, ничего!

Все пройдет, как с белых яблонь дым! Помнишь, как писал Есенин? Только голову не вешай! Другой журналист задал вопрос о месте ненормативной лексики в творчестве F.

Вокалист группы Пух отвечал тихо и не вполне разборчиво, но слово "блядь" произнес довольно отчетливо, и оно было красноречивее пространных ответов. В клубе было довольно шумно, и обстановка не располагала к общению. Кто-то ходил, громко разговаривал, выяснял отношения, тем самым мешая и журналистам, и музыкантам.

В заключение пресс-конференции участники F. G выразили готовность общаться с журналистами тет-а-тет.

Кто-то из организаторов принес микрофон и подключил к усилителю. Теперь можно было без труда слышать вопросы и ответы. Слава рассказал о готовящемся к выпуску альбоме.

На мой вопрос о том, каким образом альбом будет выпущен, он ответил, что на физическом диске выйдет мизерным тиражом, зато будет выложен в Интернет для свободного скачивания.

После пресс-конференции участники F. G устроили автограф-сессию. А я расположился за столиком и стал терпеливо ждать Фестиваль начался внезапно. Вполне стандартный пост-панк на русском языке.

Когда сет группы закончился, на сцене появились ведущие "Елки" Виталий Тиханович и Светлана Рамонка - соответственно в обличье Деда Мороза и Снегурочки. Они представили спонсоров феста и раздавали подарки участникам мероприятия.

Начали выступление ироничной композицией "MTV". Песенка хорошая, но зачем вокалист Змицер так старательно косит под Джонни Роттена?.. Ребята играли в неполном составе: внезапно перед концертом заболел тромбонист.

Но на качестве выступления это ничуть не отразилось. С чувством юмора и злободневности у группы все в порядке. Автору текстов имя коего мне не известно наиболее удается жанр зарисовки, будь то бытовая "Соседка" или публицистическая "Вранье". Зал оттягивался под "Фэншуй", "Пиво" и, конечно же, "Пиздец" Как это ни парадоксально, русский мат в этот вечер звучал довольно часто и органично вписывался в атмосферу "Елки".


Куриный рулет вместо колбасы

Не получаются сырники

Уха из головы сазана с перловкойрецепты

Смотреть Далее...